Как московские писатели ликвидировали сокольский «прорыв» Печать E-mail
29.01.2017

 В 1930 году на фабрику «Сокол» высадился столичный «литературный десант».

О поездке группы московских писателей в 1930 году на бумажную фабрику «Сокол» историки и краеведы хорошо знают. Достаточно сказать, что самая первая книга о поселке Сокол и о фабрике – сборник очерков Александра Яковлева «Ударный Сокол», вышедшая в 1931 году, была написана по материалам этой писательской экспедиции. Тем не менее, во всей этой истории до сих пор существуют и странности, и «белые пятна», прояснить которые или просто их обозначить мы и попытаемся.

Строго говоря, была не одна, а две поездки одной группы литераторов. Первая - с 16 октября по 1 ноября, вторая - с 31 декабря до середины января 1931 года.

В книге краеведа Олега Лощилова «Мой Сокол» о цели приезда писателей сказано вполне определенно: «…разобраться в причинах снижения выпуска продукции». Никого не удивляет, что приехали писатели, «инженеры человеческих душ», по определению Сталина, а не специалисты по производству бумаги. Откуда же взялось такое странное утверждение? Ответ очевиден – от самих приехавших литераторов. Петр Зайцев, руководитель «ударной группы», вспоминал: «Осенью 1930 года бригада писателей: А.С.Яковлев, А.М.Дроздов, М.А.Зенкевич, Н.А.Степной (Афиногенов) и я были «на прорыве» на бумажной фабрике «Сокол» под Вологдой. <…> Фабрика не выполняла годовой план». Слово «прорыв» в этом специфическом значении появилось в годы индустриализации. Словарь Д.Н. Ушакова дает его с пометкой «переносное»: «Невыполнение в срок или с должной полнотой плана, задания. Ликвидировать прорыв». В пояснительной записке к материалам о писательской поездке на Сухону Зайцев называет и автора оригинальной идеи писательского десанта: «Бородину, председателю Бумтреста, пришла в голову удачная мысль: привлечь писателей на ликвидацию прорывов в бумажной промышленности и поднять волну соцсоревнования на бумажных фабриках… Он обратился в Союз писателей с просьбой организовать и привлечь писателей по этому делу. Союз немедленно откликнулся». (Это еще не всемогущий и богатый ССП, созданный Сталиным и Горьким в 1934 году, а маломощный и малоавторитетный Всероссийский союз советских писателей).

Поездки писательских групп на основные стройки и производства в первые пятилетки случались часто. При тогдашнем Союзе писателей существовал даже особый Мобилизационный отдел, занимавшийся этими делами, но поездки с такой сугубо производственной целью не известны. Обычно писателей отправляли на успешные предприятия с целью описать достижения и трудовые подвиги, а также «перековку» ранее малосознательных масс в процессе ударного труда.

В этой связи возникает закономерный вопрос: а был ли «прорыв»? Газета «Красный Север» от 17 сентября 1930 года напечатала анонимную заметку «Прорыв на «Соколе». Бумажники не сдержали свое слово»: «Сокольские бумажники, обещавшие стране ежедневно давать 139 тонн бумаги, не сдержали своего слова. Фабрика дает только 134 тонны в сутки. На «Соколе» появились ошеломляющие простои. 10 сентября машины стояли восемь часов. 11 сентября двадцать часов. Причины простоя – частые аварии на производстве. Треугольник1 основного бумажного цеха показал полную неспособность руководить боями за ликвидацию прорыва, в силу чего сокольские бумажники оказались в хвосте отрядов ударников Северного края». Тем не менее, в отчете за третий квартал 1930 года руководитель Северного края С.Бергавинов утверждает прямо противоположное: «Успешно закончила свой промфинплан и бумажная фабрика «Сокол». Ударничество здесь сыграло решающую роль».

Похоже, что к приезду писателей никакого «прорыва» уже не было, фабрика работала нормально, но велась нешуточная борьба за власть и за влияние между различными группировками как на самой фабрике, так и в Бумтресте. Эту версию косвенно подтверждает еще одна анонимная заметка в «Красном Севере» от 29 октября, содержащая уже открытые политические обвинения. Публикация остроумно названа «Бумажные коммунисты»: «За оппортунизм и неумение возглавить массы в соцсоревновании распущено бюро партячейки2 бумажного цеха фабрики «Сокол». Никакого руководства борьбой со стороны бюро не было, лица коммунистов на производстве не чувствовалось, несколько членов партии отказались изучать решения 16 съезда». Разумеется, все это время разоблачали «вредителей». В очерке Яковлева об этом сказано глухо: «Во главе фабрики, после ареста вредителей Бельского и Сегалова, поставлен директором бывший рабочий… тов. Николаев…». Неясно, участвовали ли в этой борьбе московские гости. Судя по их воспоминаниям, в политическом отношении они вели себя крайне осторожно. Приведем пример из мемуаров Зайцева. В Соколе одновременно с «десантом» жил и работал известный поэт серебряного века Владимир Пяст, сосланный на три года в Северный край. Некоторые из наших писателей были неплохо знакомы с ним по Москве. Зайцев пишет: «Библиотекарша поселково-фабричной массовой библиотеки рассказала, что незадолго перед нами у нее был поэт Пяст в очень мизерабельном виде, оборванный, голодный и жалкий. Помнится, она сказала, что немного пригрела его, хотя как поэта совсем не знала. Мы с ним … не встретились». Эпизод красноречив: простая библиотекарша пожалела и пригрела опального поэта, а знакомые собратья по перу «не встретились».

Разумеется, в производственные дела писатели не вмешивались, а занимались более понятными им делами: выступали на собраниях рабочих, читали им свои произведения, преимущественно стихи и рассказы, написанные в Соколе, устраивали литературные вечера, публиковались в местной газете «Сухонский ударник», делали заметки и наброски к планировавшейся коллективной книге о фабрике «Сокол». Однако уже в своем первом рапорте в ВССП писатели намекнули на свою заслугу в исправлении дел на фабрике: «Бригада констатировала в процессе работы, что количественный прорыв на фабрике «Сокол» ликвидирован». (Иначе, зачем бы они приезжали?) Но не будем слишком придираться к словам – главное, как писал Зайцев, что «фабрика не оставит писателей Советского Союза без бумаги». В итоговом очерке Яковлева «Ударный Сокол» ситуация, связанная с преодолением летнего кризиса, описана более объективно: «Был создан штаб по ликвидации прорыва, введены ночные дежурства особых бригад и инженеров. Некоторые цеха отказались от выходных дней. То и дело на фабрике устраивались субботники».

26 октября бригада устроила в фабричном клубе литературный вечер, собрав полный зал. Выступили все гости. Дроздов прочел очерк «Встречи», Яковлев – «Звенья», Степной – «Тревожный свисток». Зенкевич выступил со стихотворением «Ударная». Зайцев прочитал, среди прочего, стихотворение «Работница паккамеры»:

Отработав смену, ты бежишь из цеха,
Промелькнешь поселком, торопясь домой,
Ни луча улыбки, ни звездинки смеха,
Семь часов ударных, - не в зачет восьмой.

Повязавшись наспех кумачом косынки,
Ты летишь, не чуя под собою ног,
Не московский модный каблучок ботинка,
Грязь поселка месит - твердый сапожок.

Но легка походка, - легче ветра в танце,
Ведь тебе сегодня лишь двадцатый год.
И еще не выпил свежего румянца
Кислотой и пылью с этих щек завод…

Далее описываются разные достижения девушки как на производстве, так и по общественной линии:

Ночи мгла прохладна. Звезды в небе сини.
Клуб огнями залит. Рампы ярок свет.
На огромной сцене, в роли героини, -
Звонко бьется сердце в девятнадцать лет.

Нынче праздник. Завтра, трезв и прям, как разум,
Вновь гудок завода в твой вернется сон,
В цех помчишься снова, чтоб проворным глазом
На листах бумаги отмечать «ворон».

В соцсоревнование ты вступила первой,
В Красном батальоне первой – тоже ты,
Выйдешь на субботник и походкой мерной
По мостам с балансом с барж – до темноты.

И кумач косынки – огонечек алый.
Берег оживает: песня, шутка, смех,
Ты в толпе ударниц – первой запевалой
В пятилетку вымчишь свой ударный цех.

Детали быта и производства Зайцев передает точно.

«Семь часов ударных – не в зачет восьмой» - официально фабрика перешла на семичасовой рабочий день, но в период «ликвидации прорыва» работали по восемь, лишний час в зачет не шел, за него не платили <...>

Предсказание поэта, что завод, как вампир, скоро «выпьет» красоту и здоровье молодой девушки, конечно, дисгармонируют с общим оптимистическим тоном стихотворения. Даже в опубликованном очерке Яковлева говорится о последствиях ударничества для человека: «Один инженер-партиец работал целый год без выходных дней по 15-16 часов в сутки. Правда, потом его отправили на очень продолжительное лечение, потому что дошел человек до полного изнеможения: его лицо перекосилось, нервность обнаружилась крайняя».

Еще более откровенны писатели в своих отчетах начальству. Эти «рапорты», конечно, не предназначались для печати. В фабричной столовой «обеды плохи <…> основной пищей является капуста и немного картофеля. Жиров и мяса почти нет». Кооператив снабжается плохо, «рабочие не получают даже снабжение по норме, сахара не было два месяца». Несколько месяцев рабочие не получают заработной платы «из-за отсутствия дензнаков». «Рабочие жалуются на упадок сил на почве недоедания». Сами писатели питались существенно лучше рабочих, а недостаток мяса они восполняли охотой на зайцев и птиц в окрестных лесах. А.М.Дроздов, заядлый охотник, предусмотрительно захватил с собой ружье.

Второй, новогодний приезд этой же группы в Сокол был напрямую связан с работой над книгой о фабрике и ее людях. Создание истории фабрик и заводов силами самих рабочих – давняя идея Максима Горького. Довольно скоро выяснилось, что рабкорами здесь не обойтись, и к делу были привлечены профессионалы. В 1920-е годы уже стали выходить книги по этой тематике, но на государственный уровень дело было поставлено в начале 30-х. (Постановление ЦК ВКП(б) от 10.10.1931, создание издательства «ИФЗ», списка предприятий. «Сокол» в него не вошел, т. к. книга Яковлева к тому времени уже была издана).

Об этой поездке Зайцев рассказал Андрею Белому в письме от 3 января 1931 года. Зайцев был для Белого близким человеком не только в литературе, но и по антропософской линии. «Дорогой, милый и добрый Борис Николаевич! 31-го к вечеру приехали на место и очень быстро устроились в бытовом отношении. Остановились там же, где жили и в прошлый раз. Сразу почувствовали себя здесь своими. Нас тоже встретили как знакомых и своих, - легко, просто, ласково и хорошо. До нашего приезда были морозы до 35-38. А при нас потеплело до 15-20. Так что отсутствие валенок и теплого белья меня пока не тревожит. Вновь – беседуем, смотрим, слушаем, узнаем много нового, интересного. Но сейчас наши интересы собираются вокруг нашей книги, которую нам надо писать. <…>

Не ясно, почему коллективная книга так и не появилась, хотя договор на ее написание между писательской бригадой и руководством фабрики «Сокол» был заключен во время второго приезда и даже обозначен срок сдачи рукописи – 15 марта 1931 года.

Из всей этой пятерки вполне достойных, профессиональных авторов на сегодняшний день актуален один Михаил Александрович Зенкевич (1886-1973) - поэт и переводчик поэзии. Еще в 1911 году он был одним из основателей «Цеха поэтов», выпустил книгу стихов «Дикая порфира», сразу ставшую знаменитой. Зенкевича называли «четвертым акмеистом». Это совсем не обидно, если трое первых – Гумилев, Мандельштам, Ахматова. После революционных событий, после гибели своего друга Гумилева поэт жил в Москве, более-менее удачно вписался в советский литературный процесс, стал больше заниматься стихотворными переводами, в чем тоже достиг немалых успехов. Стихи продолжал писать всю жизнь, и довольно сильные. К эпохе индустриализации, в том числе и к поездке в Сокол, имеет некоторое отношение поэма «Машинная страда», написанная в 1931 году. Но поэзия Зенкевича 1930-х годов значительно уступает его лучшим вещам.

Юрий РОЗАНОВ,
профессор кафедры литературы Вологодского государственного университета, доктор филологических наук.

1 Общее название для трех руководящих лиц: руководителя по административной линии и руководителей по линии партийной и профсоюзной работы.
2 Название первичной партийной организации, существовавшее до 17 съезда ВКП (б).


(3 Голосов)
 
Интересная статья? Поделись ей с другими:

Комментарии  

 
+1 #1 Андрей 24.02.2017 11:29
Потрясающая статья.Как много ярких штрихов быта того времени узнал я из этих заметок профессора Ю. Розанова. Похоже, потрясающее раздолбайство, простите за вульгарность, напишу более вменяемо: непрофессионали зм местных руководителей, назначивших от балды непомерный план для бумажников, компенсировался героическим трудом рабочих!
Цитировать
 

Добавить комментарий

В комментариях ЗАПРЕЩЕНО: Оскорблять чужое достоинство, проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь, употреблять ненормативную лексику, мат, публиковать объявления рекламного характера.
По мере возможности, придерживайтесь правил русского языка. Старайтесь не делать грамматических ошибок.
За нарушение правил ваш комментарий будет проигнорирован!

Защитный код
Обновить

Добавить СП на Яндекс

ВСЕ страницы на ваш e-mail!

 

Цена полугодовой подписки - 220 руб. 

Подробности по тел.:
2-20-70 и 2-43-48

Из фотоальбома

Реклама

Реклама

Место для вашей рекламы

обращаться
по телефонам:
2-43-48; 2-54-07

Расценки

Праздники

Информер праздники сегодня

Яндекс.Метрика